van_der_moloth

К тому же закупающая бананы в Финляндии, ага. Пелевин сука был чертовски точен.

"Это не удивительно, если учесть, что здесь в России у них вахтовые выезды, а там - целая жизнь. Не уверен, что мир знает примеры подобной колониальной администрации, родина которой даже не конкретная страна-оккупант, а просто любая часть света, где хороший климат, где действуют законы, а в центральном парке можно повесить романтическую табличку.

С Робертом Шлегелем я был знаком лично. Самый молодой депутат Госдумы, два срока, вплоть до 2016 года во фракции "Единой России", поддержка всех новелл той эпохи - закон Димы Яковлева, присоединение Крыма, закон против "гей-пропаганды", первые законы в сфере интернет-цензуры. Теперь у Роберта новый паспорт, другой язык, работа в международной компании, он тоже космополит, он подчеркнуто толерантен, а политику искренне ненавидит - как сказано в его твиттере просто hate this shit.

Роберт оставил после себя shit, испражнившись под дверь России законопроектами, а сам пошел в свободный мир. И прощальной записки с извинениями аборигенам, типа вы уж приберите тут за мной, не оставил.

Когда чуть раньше аналогичный путь прошла моя добрая знакомая Маша Дрокова, я за нее радовался. И за Роберта хотелось радоваться, потому что либералы вообще считают, что человек хозяин своей судьбы, что люди меняются, а в личном общении Шлегель хороший парень. Бегство из мафии дорогого стоит, это тоже надо помнить. Надеюсь, это было как в Breaking Bad: в критической ситуации звонишь в магазин пылесосов, называешь кодовое слово, и через полчаса тебя ждет фургон, который отвезет в толерантность.

Но мешает колониальный контекст: написать и принять законы, по которым ты сам жить не будешь, и семью свою вывезешь.

"
(Кирилл Мартынов)

Впрочем, вспоминаю, что это уже было в наших "Симпсонах".

...А все-таки есть что-то глубоко поучительное и, пожалуй, даже символическое в фигуре московского генерал-губернатора графа Федора Васильевича Ростопчина. Сначала он печатно распалял народный патриотизм, издеваясь над Наполеонишкой («Ну, как же тебе к нам забраться? Не токмо что Ивана Великаго, да и Поклонной во сне не увидишь. Белорусцев возьмем да тебя в Польше и погребем»). Потом, когда вопрос о сдаче Москвы был уже решен, призывал соотечественников взять хоругви и лечь костьми: «Я вас призываю именем Божией Матери на защиту храмов Господних, Москвы, земли Русской. Вооружитесь, кто чем может, и конные, и пешие; возьмите только на три дни хлеба; идите со крестом: возьмите хоругви из церквей и с сим знамением собирайтесь тотчас на Трех Горах; я буду с вами, и вместе истребим злодея» (вспоминает Сергей Глинка: "Встав с софы, граф присел к столику и летучим пером написал воззвание на три горы. Подавая мне его для напечатания в типографии Семена Аникеевича Селивановского, граф прибавил: «У нас на трех горах ничего не будет; но это вразумит наших крестьян, что им делать, когда неприятель займет Москву»"). И, наконец, успешно сжег эту самую Москву. Пепел ее еще не остыл, когда Федор Васильевич поселился в Париже, где и жил себе припеваючи, срывая всевозможные цветы удовольствия. (Вспоминает Филипп Филиппыч Вигель: "Не уважая и не любя французов, известный их враг в 1812 г., жил безопасно между ними, забавлялся их легкомыслием, прислушивался к народным толкам, все замечал, все записывал и со стороны собирал сведения... Жаль только, что, совершенно отказавшись от честолюбия, он предавался забавам, неприличным его летам и высокому званию... Совсем несхожий с Растопчиным, другой недовольный, взбешенный Чичагов, сотовариществовал ему в его увеселениях. Не знаю, могут ли парижане гордиться тем, что знаменитые люди в их стенах, как непристойном месте, почитают все себе дозволенным").

Впрочем, живи Ростопчин сейчас, он, наверное, писал бы антифранцузские прокламации и отдавал патриотические приказы прямо из веселых домов Парижа.

https://o-proskurin.livejournal.com/204325.html